Анатолий, как Вы пришли в мебельное дело?

Примерно в 2008 году увидел в газете объявление о работе мебельщиком. Позвонил и честно сказал, что ничего не умею. Мне ответили: «Приходи, мы и сами пока ничего не умеем». Так я и пришел в профессию. Я посмотрел, как устроена работа, и понял, что с заказами и деньгами в мастерской не все хорошо: новые поступления шли на старые долги, а клиенты не понимали, где их мебель. Мне было неприятно видеть разочарованных людей. Параллельно я начал брать заказы для друзей и знакомых. Полученные деньги сразу вкладывал в дело. Постепенно пошли рекомендации, я арендовал помещение, а позже выкупил его. Так началась самостоятельная работа. Сегодня у меня собственная мебельная компания, команда, цех и производство.

Мебельное дело — это интересная и важная сфера, но люди порой недооценивают труд и время, которые нужны для хорошего результата. Индивидуальная мебель — это знания, точная работа и ответственность. Если заказчик однажды столкнулся с низким качеством, потом он осторожнее относится ко всем мастерам. Поэтому ответственность каждого влияет на репутацию всей профессии. Заказчик лучше знает, каким хочет видеть свой дом, а мастер — возможности материалов и конструкции. Наша задача — не спорить, а объяснить, какое решение будет удобным и выполнимым. Сначала важно продумать удобство, потом красоту, хотя ради выразительного дизайна иногда приходится искать компромисс.

Когда стоит подключать мебельщика к проекту?

Лучше еще на стадии ремонта, до чистовой отделки. Можно заранее обсудить внутреннее наполнение, расположение светильников, фасады и примыкания. Дизайнер может не учесть технические детали, особенности стен или то, как будут открываться полки и дверцы. Чем раньше мы все обсудим, тем меньше сюрпризов и переделок. Если ремонт не закончен, обсуждаем, что и где будет установлено. На этапе чистовой отделки прохожу помещение с лазером и уровнем, показываю строителям отклонения и места, которые нужно выровнять. Мебель сразу выявляет неровности стен — особенно когда шкаф примыкает к нескольким стенам.

Какие проекты вам особенно интересны?

Те, что мы делаем вместе с дизайнерами и вообще необычные объекты. Дизайнер видит интерьер целиком, а мы воплощаем его замысел в мебели, поэтому важно уважать общую концепцию и обсуждать недочеты сначала с дизайнером — так их можно исправить вовремя.

Я постоянно слежу за новыми материалами и технологиями, бываю на презентациях и семинарах производителей. Там можно увидеть новые декоры, узнать о фурнитуре, сравнить способы работы. Иногда послушаешь специалиста и понимаешь: задачу можно решить проще и сэкономить время. Полезно общаться с дизайнерами — они часто замечают то, что мастер раньше не учитывал. Думаю о развитии компании, но наращивать объемы нужно осторожно: есть риск, что пострадает качество. Я сам участвую в процессе и отвечаю за результат. «Сделай один раз хорошо — не придется переделывать». Это правило относится и ко мне, и ко всей команде. Для меня очень ценно, когда ожидание совпадает с реальностью и заказчик видит: получилось именно то, о чем мы договаривались. За время проекта мы много общаемся, решаем вопросы и отношения становятся теплее. После завершения работы часто остаемся хорошими знакомыми.

У вас трое сыновей. Привлекаете ли вы их к мебельному ремеслу?

Старший сын учится в школе и по выходным приходит в мастерскую, в том числе помогает собирать мебель. Ему нравится чинить и создавать вещи: из деталей постепенно получается комод, шкаф или ящик. Мне важно научить всех троих сыновей работать руками, дать им навык и понимание ценности труда. Они видят, как из отдельных деталей получается нужная вещь и сколько внимания требует работа. Но продолжать ли мое дело — их выбор, я на этом не настаиваю.

Мой дед тоже был мебельщиком и делал мебель для себя. Его самодельные инструменты — рубанки, цикли и другие приспособления — я забрал и повесил в цеху. Комоды и серванты, которые он изготовил, до сих пор сохранились у нас. Еще мальчишкой я ходил по его мастерской, разглядывал инструменты. Раньше для каждой операции требовалось свое приспособление, и мне было интересно наблюдать за этой работой. Эти вещи — память о деде и его труде, о предке, благодаря которому во мне зародился интерес к ремеслу.

«Сделай один раз хорошо — не придется переделывать». Это правило относится и ко мне, и ко всей команде.